historyscriber

Category:

История Соловецкого лагеря особого назначения

30 апреля на медиаплатформе «Смотрим» и с 10 по 13 мая на телеканале «Россия 1» прошёл показ историко-драматического сериала «Обитель», снятого по мотивам одноимённого романа Захара Прилепина. Киноповесть рассказывает о жизни заключённых в Соловецком лагере особого назначения в конце 1920-х годов.

Предыстория:

СЛОН, Соловецкий лагерь особо назначения – первый и до 1929 года единственный исправительно-трудовой лагерь в СССР; действовал в 1920-1930-х годах. Был создан на территории Соловецких островов с целью использования на работах и перевоспитания особо опасных уголовных и политических преступников.

Ещё в царские времена Соловецкий монастырь использовался в качестве тюрьмы, в которой находились неугодные государям православные иерархи, сектанты и еретики. Также в этой тюрьме содержались люди, считавшиеся политически неблагонадёжными. Соловецкая тюрьма открылась в 1718 году и была закрыта в 1903.

3 февраля 1919 года Временным правительством Северной области, которое поддерживали «западные демократии», под председательством Николая Чайковского был создан первый лагерь на Соловках. Постановление правительства гласило о том, что граждане «присутствие коих является вредным…могут быть подвергаемы аресту и высылке во внесудебном порядке в места, указанные в пункте 4 настоящего постановления». Этим «местом» был назначен «Соловецкий монастырь или один из островов Соловецкой группы».

До этого «демократическим» правительством Северной области были созданы лагеря на острове Мудьюг (остров в юго-восточной части одного из крупнейших заливов Белого моря – Двинской губы) и Иоканга – реке на Кольском полуострове. Архангельский совет профсоюзов так описывал состояние заключённых и меры обращения с ними в лагере на острове Мудьюг: «Люди, названные военнопленными, доводились до крайних пределов голода: как голодные псы бросались, хватая обглоданные администрацией тюрьмы кости, зная вперед, что это будет стоить побоев прикладами, карцера и т. д. Организм заточенных был доведен от голода до состояния, когда незначительное дуновение ветра валило их с ног, что почиталось симуляцией, и потому на несчастных снова сыпались побои… Из заточенных на Мудьюге более 50 процентов расстались с жизнью, многие сошли с ума…». В ссыльно-каторжной тюрьме в Иоканьге заключённых избивали, пытали, морили до смерти холодом и голодом. К моменту освобождения тюрьмы от белогвардейцев в живых оставалось чуть больше трети заключённых, 205 человек уже не имели возможности передвигаться.

В 1919 году Всероссийская чрезвычайная комиссия учредила ряд лагерей в Архангельской губернии, которые должны были жить за счёт хозрасчёта без поддержки центра. Трудовой лагерь с подчинение подотделу принудительных работ Архгубисполкома был создан 20 мая 1920 года для заключения пленных Гражданской войны, которых осудили на принудительные работы. В 1921 году такие учреждения стали называться Северными лагерями особого назначения.

Возникновение Соловецкого лагеря:

В начале 1923 года Государственное политическое управление СССР, пришедшее на смену ВЧК, умножило количество северных лагерей, построив новый на СОловецком архипелаге.

В мае 1923 года зампредседателя ГПУ Иосиф Уншлихт представил ВЦИК проект по организации Соловецкого лагеря принудительных работ. 6 июня того же года, ещё до официального открытия лагеря, на Соловецкие острова колёсным пароходом «Печора» прибыла первая партия заключённых из Архангельска и Пертоминска.

Через полгода после образования СССР, 6 июля 1923 года, ГПУ союзных республик были переведены из подчинения республиканским НКВД и были переподчинены Объединённому государственному политическому управлению, в ведение которого передали места заключения ГПУ РСФСР. Само ОГПУ подчинялось Совету народных комиссаров СССР.

Кроме самого лагеря, на острове Революции, бывший Попов, в Кемском заливе, где находилась лесопилка, ОГПУ предложило создать транзитный пункт между железнодорожной станцией «Кемь» и новым лагерем на Соловках». Несмотря на протест Автономной Карельской ССР, такой пункт был открыт.

Согласно декрету ОГПУ, в новом лагере должны были находиться «политические и уголовные заключённые, приговорённые дополнительными судебными органами ГПУ, бывшей ВЧК, «Особым совещанием при Коллегии ГПУ» и обычными судами, если ГПУ быстро давало разрешение».

На основании постановления СНК СССР от 13 октября 1923 года, Северные лагеря ГПУ подлежали ликвидации. На их базе было организовано Управление Соловецкого лагеря принудительных работ особого назначения – УСЛОН ОГПУ. Лагерю передали всё имущество Соловецкого монастыря, который был закрыт в 1920 году. В исправительном учреждении планировалось разместить 8000 человек. Арестанты, работавшие на предприятиях разделялись на артели. Артели делились на десятки. Десятками руководили десятники, отвечавшие за продуктивность работ.

Положение о Соловецких лагерях особого назначения ОГПУ от 2 октября 1924 года гласило: «работы заключенных имеют воспитательно-трудовое значение, ставя своей целью приохотить и приучить к труду отбывающих наказание, дав им возможность по выходе из лагерей жить честной трудовой жизнью и быть полезными гражданами СССР». В Положении были оговорены меры наказания за отказ от работы, невыполнение наряда, порчу инструмента и неподчинение.

Политические заключённые лагеря:

Политические заключённые («политики») – эсеры, меньшевики, бундовцы и анархисты составляли небольшую часть узников лагеря – около 400 человек. Тем не менее, они занимали привилегированное положение и, как правило, были освобождены от физических работ, за исключением авральных. «Политики» могли свободно общаться друг с другом, видеться с родственниками, получать посылки и помощь от Красного Креста; они имели свой орган управления – старостат.

В начале декабря 1923 года начальник лагеря Фёдор Эйхманис объявил старостам о получении новых инструкций режима дня на Соловках, одна из них предусматривала запрет на прогулки с 6 часов вечера до 6 часов утра. Старосты, не обсуждая ситуацию с заключёнными, решили нововведению не подчиняться. Эсеры, левые эсеры и анархисты также решили прогулок не прекращать и прогуливались группами, по очереди сменяя друг друга. Социал-демократы предпочли воздержаться от акций.

19 декабря 1923 года в 17:00 староста эсеров Нованицкий отправился на переговоры к начальнику Савватиевского скита Александру Ногтеву, который его не принял. В тот же день в 18:00 вышедшие во двор солдаты потребовали от гулявших вернуться в корпус и применили огнестрельное оружие в ответ на неподчинение. В результате стрельбы были убиты 5 человек и ранены 3, один смертельно, эсеров и анархистов. Комиссия ВЦИК, возглавляемая Александром Смирновым, признала действия охранников неправомерными.

Прокурор Верховного суда СССР Пётр Красиков осенью 1924 года на страницах журнала «СЛОН» отчитался о результатах проверки Соловецкого лагеря и Кемского пересыльного пункта. Он отметил, что политзаключённые питаются намного лучше уголовников и красноармейцев, некоторые из них даже имеют диетический стол с белым хлебом и маслом. Кроме того, политзаключённые получали с воли посылки без ограничений, в которых находились масло, какао и шоколад в обще количестве 500-600 пудов в год. «Политики» жили в монашеских скитах, лучших помещениях в лагере, которые прекрасно отапливались, имели просторные светлые комнаты с панорамой на лес и море. Решёток и стражи внутри жилищ домов политзаключённых не было. Заключённые этой категории не были заняты никакими работами, рассматривая участие в них как нарушение своей свободы. Они должны были только готовить себе пищу из выданных продуктов и поддерживать порядок в помещениях, с чем, по словам Красикова, «политики» справлялись не очень хорошо. Также, ссылаясь на прокурора, они не хотели сами заготовлять себе дрова.

Также Пётр Красиков отмечал, что на конец 1924 года политических заключённых в лагере было 320-330 человек. В это число входили и дети, как привезённые на Соловки, так и родившиеся на них. По словам Красикова, уголовники относились к политическим отрицательно из-за их паразитического образа жизни и чрезмерных требований к лагерной администрации: 

· «политики» требовали электрического освещения не до 12 ночи, а круглосуточного

· размещение приезжавших к ним гостей не в гостинице, а вместе с ними в изоляторе

· прогулок не до 18:00, а в любое время суток.

Своё сидение в Соловецком лагере политзаключённые воспринимали как борьбу с Советской властью, чем они апеллировали к заграничной прессе. При обсуждении возможности бюджета удовлетворить их потребности их старосты заявили: «Какое нам дело до ваших бюджетов! Наше единственное желание — чтобы ваш бюджет лопнул, и мы рады по мере сил способствовать этому. Ваша обязанность доставлять нам все, что нам нужно и необходимо».

Против привилегий политзаключённым высказался на страницах журнала «СЛОН» заключённый Сухов: «Они вот-вот потребуют для себя денщиков и лошадей для выездов». Также он отмечал, что они вели себя неуважительно по отношению к красноармейцам, называя их «баранами» и призывали бороться с Советской властью.

10 июня 1925 года было принято Постановление СНК СССР от 10.06.1925 О прекращении содержания в СЛОН политзаключённых, и летом того же года данная группа заключённых была вывезена из лагеря.

Инфраструктура в лагере:

Масштабы УСЛОНа ограничивались Соловецкими островами; в Кеми, на территории Карелии был только пересыльно-распределительный пункт. Прокурор Красиков отмечал, что это пункт был построен во время Интервенции англичанами для своего десанта. В 1924 он был капитально отремонтирован и снабжён печами, кухнями, лазаретом с аптекой и медперсоналом.

Сообщение с Соловками осуществлялось двумя пароходами; путь от Москвы занимал 36-38 часов, а от Кеми до Соловкой – 2 часа.

В 1923 году, в начале работы лагеря, в нём была одна маломощная электростанция с одной паровой и одной водяной турбинами мощностью 60 л.с. каждая.Обе они вырабатывали 62 кВт, этой энергии едва хватало на освещение. 

Для увеличения мощности установили ещё одну паровую машину мощностью 35 л.с. с динамо-машиной на 21 кВт. Кроме неё были установлены электродвигатели а мельнице, слесарно-механической и электромеханической мастерскими. Были проведены новые медные силовые провода и была подготовлена установка электродвигателей на кирпичном, кожевенном, гончарном, чугуно-литейном заводах, заводе сухой перегонки дерева и механической обуви. Кроме этого были оборудованы две новых электростанции в Савватиево и Муксульме и запланировано дополнительной гидростанции для высвобождения паровых машин мощностью 150 л.с.

6 ноября 1924 года после 8-летнего перерыва вновь, всего за 4 месяца, был запущен лесозавод №40 на острове Революции. Он был переименован в «Красную Карелию» и вошёл в трест «Северолес». На торжественном митинге по случаю открытия присутствовали оркестр и театральная труппа лагеря. Ударная работа заключённых механика Михайлова и техника Новицкого была отмечена особо; Михайлову от завода выплачивали ежемесячную надбавку в размере зарплаты.

Также к концу 1920-х годов на одном из островов Соловецкого архипелага был создан зверопитомник, в котором выращивались лисы, песцы, соболя и ондатра.

Заключённые лагеря на литейном производстве производили стойки для швейных машин, колосники для печей и вьюшки из стали и меди.

Питание и трудовые нормы:

Согласно Положению 1924 года, заключённые должны были получать горячую пищу дважды в день и трижды в день кипяток для чая. Из дохода лагеря 27,5% было разрешено тратить на дополнительное питание занятых на тяжёлых работах. В середине 1920-х нормы питания находились в прямой зависимости от результатов труда.

Положение устанавливало 8-часовой рабочий день. Но допускались сверхурочные часы при срочных, летних, строительных, сельскохозяйственных работах, обусловленных коротким летним сезоном в северных широтах. Администрация лагеря использовала такую возможность для субботников и ударных вахт. За добросовестную работу заключённый мог получить отгул на сутки, дополнительные продуктовые премии, свидания без надзора. Также администрация могла ходатайствовать о досрочном освобождении по истечении половины срока перед УСЛОН.

Материально-денежные вознаграждения:

С приходом к руководству Эксплуатационно-производственным отделом Нафталия Френкеля, в СЛОН, по аналогии с материковыми мероприятиями была введена сдельная оплата труда, зависевшая от норм выработки заключённых. ЭПО ЭКЧ с 1925 года разрабатывал расценки на продукцию. К апрелю 1926 года такая мера спровоцировала взлёт объёмов производства. Росту оплаты труда способствовало использование труда заключённых по контрактам со строительными, лесозаготовительными, добывающими предприятиями.

Моральные стимулы производства:

Система моральных стимулов в лагере не имела отличий от вольной: заключённые боролись за переходящие Красные знамёна, занесение имён на доску почёта, участвовали в движении ударников. Книжка ударника в исправительно-трудовых учреждениях позволяла получать дополнительное питание, отправлять 3-4 письма в месяц вместо одного и переводить семьям до 50% денежных премий.

Участники социалистических соревнований могли рассчитывать на: 

· индивидуальное и групповое досрочное освобождение (лучших артелей)

· прогрессивное, индивидуальное и групповое премирование

· улучшение жилищных условий и котлового продовольствия

· первоочередной отпуск продуктов ларьков.

В феврале 1931 года Конференция Соловецких ударных бригад прошла под лозунгом: «Широкой волной соцсоревнования ответим на новую клевету капиталистов о принудительном труде в СССР!»

Ударными становились бригады, систематически превышавшие рабочие задания на 20% и более. Их участники получали дополнительные премии.

Обратной стороной ударного движения в лагере стало появление приписок. Для борьбы с ними 1 августа 1933 был принят новый Исправительно трудовой кодекс, согласно которому разрешалось отчислять на премирование не более 5% от производственного дохода лагеря. Стали более точно применяться зачёты отбытого срока наказания: по первой категории труда 4 дня срока за 3 дня работы,по второй – 5 дней срока за 4 дня работы. Особо продуктивная работа поощрялась путём зачёта двух дней за три дня срока, а на особо важных работах — одного дня работы за два дня срока.

Культурно-массовая работа:

В 1925 году в лагере издавалась многотиражная еженедельная газета «Новые Соловки», в которой освещались трудовые будни коллектива и ячейки РКП (б), вопросы научной организации и охраны труда, совершенствование трудовых навыков работников, ростом удовлетворённости трудом и вовлечение женщин в общественную жизнь. В издании были статьи о быте и работе отдельных бригад, праздновании Нового года и Рождества, пошиве тёплой стёганой одежды для работников почты, доставлявших на лодках корреспонденцию на острова и участки. Освещалась ликвидация безграмотности в среде заключённых и изучение иностранным языкам, в том числе и суоми, лекции и концерты в клубе. Издание осуждало преступивших закон, но показывало примеры перевоспитания. Также в газете были статьи об истории монастыря, его героической обороне от захватчиков и культурно-исторических ценностях. Кроме «Новых Соловков» издавались: журнал «Соловецкие острова», «Новые Соловки», «Соловецкий Крокодил», «Соловецкий безбожник» - приложения к «Новым Соловкам». Кроме того, в лагере звучала станция «Радио-Соловки».

С 1924 года в лагере активно работало СОАОК – Соловецкое отделение Архангельского общества краеведения, состоявшее из заключённых. Оно подразделялось на 4 секции:

· историко-археологическую

· криминологическую, занимавшуюся социокультурными исследованиями уголовного мира

· охотоведческую

· естественно-историческую.

В ведении Общества находился биосад с дендронологическими питомником, агрокабинет, биостанция, энтомологический кабинет, питомник пушных зверей. Также в СОАОК была библиотека, в которой находились более 3,5 тысяч томов, в том числе и редкие книги Соловецкого монастыря, и краеведческий музей, охранявший памятники церковной архитектуры. С 1924 по 1927 года выпускался научно-краеведческий журнал «Материалы СОАОК». Многие его материалы сохраняют научную актуальность до сих пор.

Тем не менее в лагере ощущалась нехватка книг, в том числе и русской классики, в связи с этим действовало 6 передвижных библиотек по 100 томов каждая. Работники переплётной мастерской поддерживали книги в порядке и подклеивали ветхие страницы. Библиотечный фонд рос и к 1929 году достиг 13294 книг и 18 передвижных библиотек.

1925-1930 года – период расцвета лагерного театра, в котором играли заключённые, среди которых были профессиональные музыканты и актёры. За 1925 год театр дал 139 спектаклей, 40 концертов и 37 киносеансов. А к 1929 году в лагере работали 2 театра, которые создали 75 постановок. Их посетили 27871 человек.

На Соловках также были и спортивные секции: футбола, хоккея с мячом, лыж и лёгкой атлетики. Зимой заключённые катались на коньках и лыжах. В летний период 1929 года были созданы секции гребли, плавания и гимнастики; также были 10 футбольных, 4 баскетбольных и 6 волейбольных команд, в том числе одна женская. Занятия гимнастикой были обязательными. Кроме неё организовывались игры в кегли и в городки.

Большинство заключённых, которых увлекало перевоспитание, относились к деклассированным элементам и в лагере впервые получали возможность заниматься спортом и участвовать в культурной жизни.

Визит Максима Горького в лагерь:

Писатель Максим Горький посетил Соловецкий лагерь в 1929 году. В своём очерке «Соловки» он привёл свидетельства заключённых об условиях системы перевоспитания:

· рабочий день заключённых составлял не больше 8 часов

· за более тяжёлую работу на «торфе» выдавался повышенный паёк

· пожилые заключённые не привлекались к тяжёлым работам

· всех заключённых обучали грамоте.

Казармы лагеря писатель охарактеризовал как просторные и светлые.

Расформирование лагеря:

Соловецкий лагерь был расформирован в 1933 году, а его имущество было передано Беломоро-Балтийскому лагерю. После этого на Соловках находилось одно из лагерных отделений БелБалтЛага, а в 1937-1939 годах – Соловецкая тюрьма особого назначения лавного управления государственной безопасности НКВД СССР.

P.S.:

В 1995 году директор Санкт-Петербургского научно-исследовательского центра «Мемориал», организации, внесённой в список «иноагентов», Вениамин Иоффе провёл собственные архивные исследования и установил, что 27 октября 1937 году по приговору Особой Тройки УНКВД по Ленинградской области, 10 заключённых Соловецкой тюрьмы особого назначения доставили баржами в посёлок Повенец, после чего расстреляли в урочище Сандармох – всего 1111 человек, в том числе к нетрудоспособных и «ненаряженных», то есть не имевших специальности.

Российское военно-историческое общество в 2018 и 2019 годах провело экспедиции в урочище Сандармох. Директор Института истории, политических и социальных наук Петрозаводского государственного университета, доктор исторических наук Сергей Веригин заявил, что найденные членами «Мемориала» останки якобы расстрелянных заключённых Соловецкой тюрьмы на самом деле являются захоронениями советских военнопленных, содержавшихся в 6 финских лагерях на территории Медвежьегорского района во время Великой Отечественной войны и уничтоженных во время массовых убийств.

Historyscriber в:

Вконтакте

Одноклассниках

Facebook

Telegram

Twitter

Error

default userpic

Your reply will be screened

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.